В мутных водах Мадагаскара

(А. Григоров)

При полном или частичном использовании материала ссылка на сайт aquabotanik.ru и упоминание автора обязательны.

 

Эта поездка должна была состояться ещё в октябре 2017 года, однако из-за всё более частых сообщений о вспышках эпидемии чумы на Мадагаскаре группа австрийских ботаников решила не рисковать и перенести путешествие на более благоприятное время. Ждать пришлось недолго: уже в феврале 2018-го «охотники за растениями» (всё легально, с разрешения соответствующих малагасийских органов) приступили к своему промыслу.

Основная цель собирателей – суккуленты и орхидеи Мадагаскара (счёт одних только видов алое идёт на сотни, не говоря уже о кактусах, а сколько ещё не описано!), поэтому водным биотопам внимание уделялось по остаточному принципу. Тем не менее встреча с редким видом водной флоры, апоногетоном Декари (Aponogeton decaryi), стала настоящей удачей!

Реймонд Декари, французский ботаник XX века, описывал в тогда ещё колониальном Мадагаскаре преимущественно новые виды алое, но прославился написанием научных трудов о военной истории острова. Его заслуги были оценены другим французом, знатоком малагасийской флоры Жаном-Анри Хумбертом, и увековечены в названии нашего апоногетона.

 

 

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В общем-то, на этом историю апоногетона Декари можно было бы и закрыть, потому что из европейцев это растение вживую видели и культивировали, не считая первооткрывателя, всего лишь два человека: Харри ван Бругген (автор последней ревизии рода Aponogeton, ум. в 2010 г.) и Йозеф Богнер (куратор водной оранжереи Мюнхенского ботанического сада). Последний привёз диких «декари» в 1990 году, но в итоге тоже не удержал вид в культуре. Таким образом, перед австрийскими исследователями стоит непростая задача – создать этому капризному мадагаскарскому эндемику все необходимые условия для развития и размножения. Но сначала требовалось найти само растение.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Как оказалось, сделать это было проще простого: редкий в Европе вида распространён повсеместно в южных, юго-западных и центральных районах Мадагаскара. Апоногетон Декари водится в неглубоких реках, болотах и даже лужах, которые большую часть времени в году пересыхают полностью или сохраняют влажность в глубоких донных слоях. Давид Преслер, отвечающий в Венском ботаническом саду за водную оранжерею, обнаружил растения в одном мелком озерце, окружённым коровьими пастбищами. Апоногетоны росли на открытом, солнечном месте в чистой воде, вероятно, с торфяным грунтом. В другом месте грунт был заилённым и глинистым. Вода, мутная и непрозрачная, содержала взвесь из придонных отложений. Судя по всему, Давиду попадались только женские экземпляры растения: поначалу они демонстрируют нежно-розовую окраску, затем, по мере созревания, становятся белыми. Цветки голые (без тычинок) с 2-3 плодолистиками и двумя семяпочками.В некоторых водоёмах популяция апоногетона Декари была очень большой и плотной, что позволило виду доминировать над другой гидрофлорой.

 

Побывать на Мадагаскаре и не увидеть самое известное его водное растение? Конечно, речь о апоногетоне мадагаскарском, легендарной увирандре (Aponogeton madagascariensis). У него абсолютно иной тип биотопа – непересыхающие реки, как правило, с достаточно резвым течением. Увирандра образует компактные «поселения» из 4-5 экземпляров. Часто по дну разбросаны одиночные, очень крепкие растения с густой листвой. Нашим путешественникам попадалась исключительно узколистная форма апоногетона мадагаскарского.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Но вернёмся к главному герою повествования, апоногетону Декари. Несколько клубней растения благополучно добрались до Вены. В первые несколько недель на новом месте им пришлось нелегко: их естественный ритм развития был нарушен, кроме того, прибыли они в холодное время года, поэтому адаптация протекала медленно. Однако маленькие «декари» всё-таки справились и сейчас активно вегетируют.

 

В скором времени их придётся отправить в спячку, поместив клубни в сухое, тёплое месте. О своём желании «заснуть» апоногетоны просигнализируют остановкой роста и потерей листьев. Упоминавшийся ранее ван Бругген писал, что у проснувшегося клубня апоногетона Декари поразительная скорость роста: «23 ноября 1967 года я получил 45 клубней. У 28 из них уже 4 декабря были цветоносы, а к 10 декабря созрели первые семена». Действительно, им есть куда спешить: перед тем как в реке высохнет последняя капля, семена должны проклюнуться, а растеньица - образовать небольшой клубенёк. Это залог его выживания в период засухи, который длится несколько месяцев.

 

Венским ботаникам стоит пожелать чуткости в обращении с этим необычным мадагаскарским гостем и удачи в очередной попытке закрепления вида в культуре. Если всё пройдёт гладко, о уже этой осенью первый апоногетон Декари приедет в Россию.

 

gallery/мада

Биотоп апоногетона Декари. Фото Д. Преслер.